?

Log in

No account? Create an account
Валерий Суриков,surikovvv
Сергей Кургинян и Александр Дугин - этюды пессимизма. Часть 17 
27-фев-2015 04:53 pm

17.   Мультикультуралисткая  версия евразийства.

А. Дугин несомненно является ведущим  разработчиком  современной версии    евразийства  ("Третий  путь  и третья сила. О геополитике евразийской интеграции - http://www.dynacon.ru/content/articles/1300/) .  И, пожалуй, главной  особенностью     этих  разработок  является    чрезмерное  усиление  роли   самопроизвольного синтеза в процессах на  евразийском  пространстве  -   синтеза, обусловленного  сугубо  материальными     мотивами. И  такая версия вполне   может  быть  названа мультикультуралистской.

      Роль    при формировании    России   христианского начала   (общего  с   Западной Европой) снижается,   видимо,  вполне  сознательно:    европейское влияние   часто  вообще  ограничивается  областью  техники,  ремесел,  быта.  Возможно, именно  это  позволяет представить  равноценным   -    генерирующим -    начало азиатское   и  говорить  о  неком  партнерстве  славян и  татаро-монголов  в  строительстве  российской  государственности  и  даже  об определяющем   влиянии   последних .    

Россию  можно, конечно,  рассматривать как  полиэтническую и поликонфессиональную  цивилизацию, сформировавшуюся    на  определенном географическом  пространстве.   Но формировалась она русским народом   - в его борьбе  за  свою  веру   и  свою культуру.   Соблазн принять то,  что  получилось,  за  результат самопроизвольного по преимуществу  сближения   народов  и  культур и говорить  о  некой  самостоятельной, а не ситуативной  роли  народов, встроенных  русскими  в  свое  государство действительно  велик.  Русская  цивилизация, мол,  заимствовала,  интегрировала, накапливала, отбирала  лучшее... Это  и  есть  соблазн  цивилизационного  мультикультурализима.  И в общем-то он мало кого беспокоил бы, если бы  присутствовал исключительно  в исторических исследованиях.  Но, увы, на этих фантазиях  сегодня   пытаются  выстраивать реальную  политику .  Из  Азии, видите ли,  мы заимствовали когда-то  "формат имперского  государства"... Заверните нам это  чудо  - мы  попытаемся  им воспользоваться  и  сегодня...  Но  формат-то этот  создавался в  жесточайшем  многовековом противостоянии русских  чуждой религии  и  диким нравам. И лояльность  русская "к этническому, конфессиональному и культурному многообразию,"  вовсе  не  заимствовалась, а постепенно,  методом проб и  ошибок  выстраивалась, как  реализация великой евангельской  идеи    самоограничения, которая   понуждала  рассматривать шаг иноверца навстречу тебе не как  признак его слабости, а как  свидетельство  твоей правоты, как демонстрацию  его доверия к  тебе.  И понуждала  отвечать на  это  благодарностью  -  двойным самостеснением.    Приблизительно через  такой механизм   подтягивались на русскую  службу иноверцы и инородцы  -  формировалась   загадочная   русская   лояльность.   И    вовсе  не за  счет  мифического  "широкого, плюрального  взгляда" получила  Россия  возможность "объединить в гармонии огромное пространство", а    в результате  многовековой    и очень  последовательной борьбы   за русские  национальные  идеалы.

   Но  то,  что  Россией   было создано  за  века противостояния  как    Западу,  так  и Востоку,  за   века    упорного прорубания    самобытного  - русского - пути,  может  сыграть    и дурную  роль. Если  взять  все  это  как  данность,  как  дар, а не как завоевание, не  как  результат  напряженного   труда поколений. То есть воспользоваться   всем этим  как  рецептом  для  приготовления  модного цивилизационного  коктейля...  В  современных  евразийских  подходах   просматривается этот   барменовский  стиль.

Революция 1917  года  оторвала  Россию  от Запада          и  жестко противопоставила ее ему.  И  тем  самым   перевела,  казалось  бы,  чисто теоретический   вопрос  о  несостоятельности  западных  претензий  на   универсальность  в  практическую   плоскость , что  собственно  и обеспечило  появление евразийства уже в  качестве      реальной  политической  теории. 

Распад же   СССР сместил  и  сами идеи евразийства  в практическую область: мысль  об    объединении   усилий стран  и народов бывшего   СССР    для успешного  противостояния  в  конкурентной  борьбе  не могла  не  возникнуть,  а  возникнув  - не  могла   не  соединиться  с  идеей евразийства.  

    Мощная,   полностью   оформившаяся  русская империя  19-го  века,  фактически  восстановленная  в  своих границах     при  советской  власти  и продемонстрировавшая    во  время второй   мировой войны  свою   исключительную  устойчивость... Соблазн  рассматривать  это   уникальное полиэтническое  и  поликонфессиональное  образование, как   самопроизвольно сформировавшееся был,  конечно,   очень  велик. А   тот  факт,  что  даже  обглоданное  до    размеров  современной  РФ, это   образование сумело  не  погибнуть  в  условиях   постсоветского  нашествия,  по  масштабам,     по бесцеремонности  и  по  беспощадности  превышающего  все  прежние  нашествия  на Россию  вместе  взятые,    увеличивал тот   соблазн   многократно .  И   интерес  к    процессу    формирования     империи  утрачивался   почти  полностью:   ну  сформировалось  что-то, и  ладно -   какое это   имеет  отношение  к  реальной  политике.    Оно,  многоликое и загадочное,  уже  есть  и   прекрасно  держит    удар.  И нам,  реалистам-прагматикам,  остается     лишь   одно:   правильно сориентировать    костлявую руку   рынка ...

Полностью    здесь

http://vsurikov.ru/clicks/clicks.php?uri=2015/2015p0225k-d-17.htm

This page was loaded ноя 21 2017, 8:15 am GMT.