Валерий Суриков,surikovvv (surikovvv) wrote,
Валерий Суриков,surikovvv
surikovvv

Казус Гараджи и казуистика Немцева.

Материал, опубликованный недавно Н. Гараджой в РЖ и посвященный проблематике толерантность-плюрализм, и в самом деле можно было бы поначалу рассматривать как казус, то есть как действие до известной степени случайное, непреднамеренное. Ну, погорячился человек ,не разглядел возможности более элегантного развития собственных посылок и сбился в конце концов на что-то слишком уж (для философического анализа) трубно-публицистическое. А в материале тем временем действительно присутствует весьма ценная мысль, отталкиваясь от которой вполне можно было бы приблизиться к более интересному результату.
Я имею в виду определение толерантности как суррогата христианского смирения. Похожая форма при выхолощенной сути— таков любой суррогат, такова и толерантность на фоне христианского смирения.
Смирение всегда направлено на себя — человек смиряет себя ради других. Толерантность же опирается прежде всего на требование смиренного отношения к себе— со стороны других. И если из множества индивидуальных смирений способна сформироваться ,ну скажем, коллективная нравственность ( она есть предел, к которому сходится во времени последовательность частных смирений ),то множество индивидуальных требований к другим — это расходящееся множество. А как расходящееся, он асоциально и генерирует лишь одно— вседозволенность.
Можно согласиться с Н. Гараджой и в том ,что в суррогат христианское смирение превращает отсутствие любви (толерантность—« то, чем становится смирение без любви»). Любовь, собственно, и осуществляет перевод естественных претензий к другим в третирующую естество требовательность к себе, определяя все многообразие промежуточных состояний между истинным смирением и его суррогатом.
Смирение, переходящее по мере уменьшения любви в толерантность, и толерантность, перерабатываемая любовью в смирение... Два состояния здесь не противопоставлены формально, как у Н. Гараджи, а взаимодействуют. И для понимания их «взаимотношений» нет никакой необходимости мудрить с такими понятиями, как бытие и пр.
С этих позиций возможна куда и более осмысленная, оправданная критика либерализма. . Конечно же, за 20 век ( и особенно за его вторую половину) усиливший свой позиции либерализм ( особенно в предвосхищении конца истории) заметно сместил равновесие смирение-толерантность в сторону последней. Но вряд ли это врожденное, родовое свойство либерального мировоззрения. Такие смещения происходили постоянно и во все времена. Они всегда были характерны в аристократической среде, да и во всяком элитарном сообществе существовала и будет существовать тенденция потеснить слишком уж простоватое смирение знающей себе цену толерантностью…
Смещения в пользу толерантности всегда имеют место и в эпохи благополучные, относительно мирные. И наоборот, при войнах, крупных потрясениях равновесие смещается к смирению, как бы компенсируя избыток жестокости и жесткости.
Очевидно , что с этих позиций можно порассуждать и положении России— без заломанных рук, выпученных глаз и неистовых стенаний (конец статьи Н. Гараджи). Россия если чем и отличается от либерального Запада, так это большим смещением названного равновесия в сторону смирения. В массе своего народа , в некотором суммарном (просуммированным по различным ситуациям)его поведении, естественно. Причем допущение ,что это смещение является не результатом какого-то отставания, а заложено в самой основе российской цивилизации, отнюдь не является большим преувеличением.
Это исконно российское смещение. И именно оно питает поразительную инерционность нашей страны. Качество ,которое при каком-нибудь глобальном катаклизме ,глядишь, и превратиться еще из недостатка в достоинство. Вполне возможно, что это качество и есть главное достояние России— то, что не только обеспечит ей успех в разворачивающемся межцивилизационном противостоянии ,но и станет со временем основным предметом российского духовного экспорта.
И наконец, вполне можно допустить , что в некоторых пределах толерантность и смирение могут( и должны)сосуществовать в социуме— не нарушая его устойчивости. Но слишком уж значительные смещения в пользу толерантности, несомненно будут подталкивать общество к социальному хаосу —дурная, избыточная индивидуализация общества ничем не лучше его избыточной коллективизации. И обе тоталитарны. То есть и здесь Н. Гараджа интуитивно прав, говоря о тоталитарности плюрализма. Последний, если разобраться, также убийственен для индивидуального как и ничем не мереный коллективизм. Он даже более опасен, поскольку скрыт ,поскольку драпируется в индивидуалистические одежды. В смирении индивидуальность сама является гарантией своего « я» и поэтому свободна. В крайности противоположной гарантией для «я» становятся все остальные, то есть толпа — безликая неструктуированная масса. А разве может что-нибудь помериться в тоталитаризме с толпой?...
К сожалению, Никита Гараджа очень уж не по- хозяйски и очень неряшливо распорядился прекрасными посылками. И этот казус свел на нет весь их потенциал. И, увы, увы, М. Немцев получил отменный повод продемонстрировать свои казуистические наклонности (возможности).В крючкотворстве и изворотливости мысли он достиг таких высот, что ответить Н. Гараджа (вторая его статья) смог ему только истерикой :мол, нечего на зеркало пенять, все равно натянем ваши плюралистические шкуры на наши антилиберальные барабаны...
На эту сшибку титанов философической мысли можно было бы вообще не обращать внимания. Но, во-первых, жалко бездарно реализованные, затерзанные торопливым умничаньем посылки. Во-вторых ,эта свара ,это сваливание из городьбы понятий в понятийный мордобой как раз и демонстрирует( в миниатюре), куда ведут слишком уж большие отклонения от смирения в пользу толерантности.
Валерий Суриков .
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments