Валерий Суриков,surikovvv (surikovvv) wrote,
Валерий Суриков,surikovvv
surikovvv

Материалы к изучению Русского Геноцида

Оригинал взят у elena_sem в Материалы к изучению Русского Геноцида
А теперь снова отправимся в путешествие по страницам нашей жуткой истории последнего века, чтобы понять, что же сделали с нами, как методично расчеловечивали нас, ломали хребет, заставляли не только имя свою русское забыть, но начатки человеческие: достоинство, честь, совесть... Заблуждаются те, кто полагают, что осознание этой нашей трагедии нами не столь значима, учитывая переживаемые теперь бедствия. Нынешние бедствия - прямое продолжение того, что было тогда. Неизменны цели, неизменна тактика. Разве что мы - все - измельчали в сравнении с нашими дедами и прадедами. И поэтому никогда ничего не изменится в лучшую сторону в нашей стране до тех пор, пока мы не поймём произошедшее с нами, отделив палачей от жертв и правду от лжи. Дотоле будут и дальше уничтожать и растаптывать нас.

Владимир Солоухин. Последняя ступень. Уничтожение русской памяти

...Досталась в руки богатейшая в мире страна. Мало ли было накоплено на Урале, на Ленских приисках, навезено из Индии, из разных заморских стран. Началось поспешное, жадное, безудержное ограбление.
...

...Если в молодом африканском государстве проводится искусственное национализирование населения с целью укрепления государства, то в России началась искусственная денационализация, по прямой логике -- с целью ослабления народа.

Самым ярким городом с точки зрения национального своеобразия была Москва. На нее-то и направились главные разрушительные усилия.
Рассказывают, что некий Заславский, назначенный главным архитектором Москвы, ездил в автомобиле с секретарем, колеся по московским улицам наугад, и на все, что ему бросалось в глаза, показывал пальцем, а секретарь, сидящий рядом, помечал в записной книжке. Что же могло бросаться Заславскому в глаза? Церкви, конечно, златоглавые церкви и златоглавые московские монастыри.
-- Это. Это. Это. Это. Это! -- коротко бросал подонок и гад Заславский, а секретарь помечал. И вот, как по мановению руки этого Заславского, на месте удивительных храмов XVI и XVII веков образовались чахлые скверики и пустую площадки. Сотни (!) взорванных московских церквей, да еще десятки оставленных "на потом", брошенных на произвол судьбы, то есть на медленное разрушение и умирание. (27)
Творящие это прекрасно ведали, что творят. Архитектор Щусев, видимо, уже почувствовав, что грозит Москве, говорил: "Москва -- один из красивейших мировых центров, обязана этим преимущественно старине. Отнимите у Москвы старину, и она сделается одним из безобразнейших городов".
  http://dic.academic.ru/pictures/wiki/files/66/Benois_Triumphal_Gate_1848.jpg

http://www.oldmos.ru/upload/photos/f/3/3/800_f33b758ec321aacb5806fafeba227d77.jpghttp://zaiprotiv.info/wp-content/uploads/2011/03/5.jpg


http://img12.nnm.ru/4/7/e/b/1/47eb1cceb0bd9cfb42260f151c8aeb5f_full.jpg
Красные Ворога, Триумфальная арка, Сухарева башня, Страстной монастырь, Симонов монастырь... Четыреста двадцать семь уничтоженных бесценных памятников, из которых каждый, кроме всего прочею, стоил бы теперь (даже если продать на распиловку в Америку) миллионы и миллионы.
Один из воротил тогдашнего архитектурного мира и вообще Страны Советов Н. Гинзбург давал в руки разрушителей национального облика Москвы прекрасный рецепт, поскольку нельзя все же было взорвать половину Москвы. Ну, четыреста памятников куда ни шло. Но ведь задача была стереть с лица Москвы даже признаки национального своеобразия. И вот он, хитрый, но более того, подлый рецепт. Цитирую точно по журналу "Советская архитектура", номер 1 -- 2 за 1930 год.
"Мы не должны делать никаких капиталовложений в существующую Москву и терпеливо лишь дождаться естественного износа старых строений, исполнения амортизационных сроков, после которых разрушение этих домов и кварталов будет безболезненным процессом дизенфекции Москвы".
Дезинфекция от кого, от чего?! -- хочется не просто спросить, закричать. От русского духа, от национальных черт, от бесценной исторической старины, от русской славы и красоты. "Москва, Москва, люблю тебя, как сын, как русский, сильно, пламенно и нежно..." "Москва, как много в этом звуке для сердца русского слилось, как много в нем отозвалось..."
Видно, считал Гинзбург, достаточно будет русскому и звука, то есть одного названия, а саму Москву щадить нечего. Уничтожить прекрасный, единственный в мире, уникальный город, поставив на его месте город среднеевропейский, без лица, без роду и без племени. Подлая и хитрая "выдумка" с естественным износом и с исполнением амортизационных сроков. Стоит только несколько лет не прикладывать к зданию рук, как оно теряет внешний вид, превращается в обшарпанную, грязную завалюху. Тогда можно подвести хоть кого угодно к этому зданию, показать и спросить: "Это мы должны сохранять? Но это же завалюха! А решение напрашивается само: убрать!
Так, именно по рецепту Гинзбурга, стояло обреченным и заброшенным все Зарядье -- пригоршня жемчугов, рассыпанных на тесном пространстве на берегу Москвы-реки. И никуда это Зарядье не годилось, кроме как на снос. Придумали на его месте построить гостиницу "Россия". По случайности, по недосмотру ли, промыслом ли божьим (да и время немного переменилось) несколько жемчужин, обросших за десятилетня коростой, грязью и пылью, сохранили около гостиницы, отмыли, оттерли, и все ахнули: красота-то какая! Где же раньше она была? Тут же и была. Но только "доходила" по рецепту Н. Гинзбурга до той кондиции, "когда разрушение этих домов и кварталов будет безболезненным процессом дезинфекции Москвы".
Так пусть же знают русские люди, потомки наши, если все еще они будут чувствовать и считать себя русскими людьми, что взрывали в Москве не завалюхи, а несравненные по красоте и своеобразию храмы, точно такие же, как Никола в Хамовниках, как церковка на улице Чехова, как любая уцелевшая церковь. Да еще надо учесть, что Заславский, когда ездил в машине с секретарем и кидал ему через плечо: "Эту. Эту. Эту. Эту. Эту!" -- руководствовался точно теми же соображениями, как и садистка ЧК, которая уводила в подвал на Лубянке молодых русских женщин.
...
Киев в 1890-1900-х годах
Москвой, конечно, не ограничились. В каждом городе и городке было разрушено большинство церквей. Казань и Каргополь, Самара и Астрахань, Ярославль и Тверь, Воронеж и Тамбов, Торжок и Звенигород, Вологда и Архангельск, Вятка и Царицын, Смоленск и Орел... Не надо перечислять. Всех без исключения городов коснулось каленое железо, выжигающее красоту и силу русского духа. В каждом городе без всякого преувеличения погибли десятки церквей, и пусть -- повторим -- потомки не верят басням, что взрывали церкви, не имеющие художественной и исторической ценности. Все было наоборот. Достаточно назвать златоверхий Михайловский монастырь в центре Киева с бесценными византийскими мозаиками XIV века, уничтоженный бесследно, до последнего кусочка смальты, до последнего камешка. В какой бы город вы ни приехали, вы увидите, кроме взорванных (которые увидеть, естественно, уже нельзя), обезображенные, грязные, неприглядные, доходящие по рецепту II. Гинзбурга многочисленные храмы, равно как и старинные особняки, памятники архитектуры. Прибавим к городским сотни тысяч уничтоженных сельских церквей и колоколен, тогда картина всероссийского разрушения и поругания несколько прояснится для нас.
...
Отряхнув с дерева плоды и проредив крону до той степени, чтобы дерево жило, но не цвело, надо было подрубить и ослабить корни, ибо известно каждому садоводу, что если крона обеднена или даже совсем растерзана бурей, например, а корней полно и они глубокие, то начинают переть побеги и вскоре на месте одного сломанного дерева зашумит целая роща. Корни -- это крестьянство. Особенно для такой обширной хлебопашеской и в то же время преимущественно деревенской страны, как Россия.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments